Главная страница

И. Ю. Владимиров Зафиксированное Л. С. Выготским отличие принципов организации обыденного знания от знания, построенного по правилам формальной логики, требует объяснения механизмов, лежащих в основе житейских обобщени


Скачать 27,73 Kb.
НазваниеИ. Ю. Владимиров Зафиксированное Л. С. Выготским отличие принципов организации обыденного знания от знания, построенного по правилам формальной логики, требует объяснения механизмов, лежащих в основе житейских обобщени
Дата03.12.2016
Размер27,73 Kb.
ТипАнализ

Ситуационные детерминанты категоричности выбора способа решения инструментальных задач.

И.Ю. Владимиров
Зафиксированное Л.С. Выготским отличие принципов организации обыденного знания от знания, построенного по правилам формальной логики, требует объяснения механизмов, лежащих в основе житейских обобщений. Одним из таких механизмов является нечеткое соответствие между элементами обобщений. Исследования данных механизмов представлены в многочисленных работах как зарубежных (Э. Рош, А. Тверски, Э. Смит и многие другие). так и отечественных исследователей (Б.М. Теплов, В.Н. Пушкин, Ю.К. Корнилов, Т.А. Ребеко и др.).

Существенную роль нечеткое соответствие играет при решении задач, связанных с осуществлением преобразования с использованием инструмента. Субъект чаще всего имеет дело с требованиями, заданными в определенном диапазоне, может достичь результата несколькими способами и т.п. Решатель оперирует не точными характеристиками цели, средств ее достижения, а определенным диапазоном параметров. В ряде работ авторов нашего коллектива рассматривалась взаимосвязь особенностей диапазона рассматриваемых субъектом способов решения с диспозиционными характеристиками (опытность, когнитивно-стилевые особенности), однако сравнительно мало внимания уделялось ситуационным детерминантам особенностей диапазона предлагаемых способов решения.

Анализ данных, полученных в эмпирических сериях, предполагавших выбор испытуемыми инструментов, для решения практических задач (резание продуктов, обработка дерева, подбор спортинвентаря под условия соревнований) позволил выдвинуть гипотезы о связи характеристик диапазона с субъективной важностью правильности решения и наличием равноценных альтернатив решения. Мы предположили, что высокая значимость правильного решения и отсутствие альтернатив будет связано с большей категоричностью суждений об инструменте пригодном для достижения результата.

Суть эмпирической серии: испытуемым предлагалось задание, связанное с разрезанием пищевых продуктов (нарезать ветчину, почистить рыбу и т.п.) и предлагалось выбрать из 4 предлагаемых ножей пригодные для данных целей, а потом оценить пригодность каждого для данного действия по 4-х балльной шкале. Независимые переменные варьировались следующим образом:

1. Испытуемым сообщалось, что существует только один или несколько вариант решения (отсутствие-наличие альтернатив).

2. Задачи делились на 2 серии. Первая объявлялась тренировочной, вторая рассматривалась как соревнование, победители которой получали приз.

Категоричность оценивалась по доле крайних оценок пригодности ножей и варьировалась в диапазоне от 0 (все ножи оцениваются как относительно пригодные или непригодные) до 5 (все – абсолютно пригодны или непригодны). Исследование строилось по полному двухфакторному плану с вариацией переменных на двух уровнях (большая-меньшая значимость, наличие-отсутствие альтернатив). Выборку составили 40 испытуемых, решавших по 16 задач на выбор инструмента для осуществления функции, таким образом, мы имеем 560 ситуаций решения.

Получены следующие результаты:

1. По параметру значимости выявлены значимые различия (U=2,36; p=0,02): при меньшей значимости правильного решения наблюдается большая категоричность оценок.

2. По параметру отсутствие-наличие альтернатив значимых различий не выявлено (U=0,32; p=0,75).

Таким образом, обе выдвинутые нами гипотезы не подтвердились. Наше предположение базировалось на том, что большая категоричность будет связана с большей «платой» за выбор «неправильного» инструмента (неудобно резать мясо картофельным ножом). В эмпирических сериях большую категоричность демонстрировали эксперты, которые автоматически предсказывали последствия такого выбора. Видимо в нашей экспериментальной серии этот значимый фактор (предсказание последствий, учет того, что решение необходимо осуществлять самому решателю) был нивелирован. Испытуемые решали задачу как абстрактную интеллектуальную. В результате проявилась другая известная закономерность: связь оптимизации риска с ценой ошибки (Л. Фестингер). Количество альтернатив не оказалось значимым фактором по тем же причинам, кроме того, здесь могли сыграть роль типологические особенности испытуемых, в частности, выраженность такой когнитивно-стилевой характеристики как толерантность к неопределенности.